Поиск по сайту
Подписка на рассылку

Геометрическая идеология космических полётов. De profundis

     

Геометрическая идеология космических полётов. De profundis

     

                      Геометрическая идеология космических полётов. De profundis

                                                                        Антипенко Л.Г.,

                                                                       научный сотрудник,

                                                                      кандидат философских наук,

                                                          Институт философии Российской академии наук

Геометрическая идеология космических полётов является частью ракетно–космической идеологии, с которой я познакомился пятьдесят лет тому назад. Помимо подвига Ю.А. Гагарина, год 1961 был для меня примечательным ещё и как дата завершения моей учёбы на физическом факультете МГУ и направления на работу в учреждения Госкомитета по авиационной технике. Приобретал навыки конкретных физико-математических и научно-технических исследований в двух ОКБ: в ОКБ С.М. Алексеева (ныне это − томилинский завод «Звезда») и в ОКБ им. С.А. Лавочкина, где работы по ракетной технике возглавлял широко известный теперь конструктор Г.Н. Бабакин. Впоследствии, занимаясь более 45 лет научно-исследовательской работой в рамках Российской академии наук, я продолжал изучать те вопросы ракетно-космической идеологии, что связаны с постижением геометрической структуры космического пространства, на просторах которого должен жить и работать космонавт, совершающий ближние и дальние полёты в космос. Опыт изучения геометрической структуры пространства позволил узреть в едином пространственно-временном комплексе некоторые черты организации (П.А. Флоренский), присущие органическим системам и живым организмам. О частичном итоге исследований в данном направлении и пойдёт речь в тезисах моего доклада.

Первый вопрос, на который с самого начала исследований по данной тематике надо было ответить, есть вопрос о том, каков геометрический характер чисто космического пространства, т.е. пространства, не обременённого привходящими факторами, такими, как, скажем, земная атмосфера. Ответ на него, естественно, предполагает выбор между двумя вариантами геометрии, которым удовлетворяет структура реального пространства. Речь идёт о геометрии евклидовой и геометрии не-евклидовой, которую 175 лет тому назад открыл Н.И. Лобачевский. Как показал уже тогда сам Лобачевский, такой выбор в общем-то является однозначным в пользу не-евклидовой (Воображаемой, как он её назвал) геометрии. Но он очевиден для тех учёных, кто сам прошёл школу новой геометрической дисциплины мысли. А в рамках сей дисциплины выясняется, что евклидова геометрия не имеет права посягать на описание всех геометрических свойств реального трёхмерного пространства. Прямые и плоскости Евклида служат, строго говоря, лишь инструментом построения двухмерных и трёхмерных фигур из световых лучей. В религиозном сознании такие фигуры предстают как сотканные из световых лучей ангелы, а в рамках самой общеупотребительной геометрии − в виде пяти известных тел Платона, правильных многогранников: тетраэдра, куба, октаэдра, додекаэдра и икосаэдра. При этом надо иметь в виду, что плоскость Евклида входит в структуру пространства Лобачевского наряду с плоскостью Лобачевского и реализуется в нём в форме орициклической поверхности. Эти две однородные поверхности принципиально различаются между собой. Плоскость Евклида является односторонней, плоскость Лобачевского − двусторонняя (двусторонне ориентированная). В бесконечно малом (в пределе) их геометрические свойства совпадают между собой − совпадают в том смысле, что оказываются одинаковыми тригонометрические соотношения между сторонами и углами треугольника.

Тот факт, что плоскость Лобачевского оказывается двусторонней, приводит к выводу, что в плане не-евклидовой геометрии трёхмерное (космическое) пространство является «двухслойным», имеет свою изнанку. На лицевой стороне плоскости Лобачевского располагаются вещественные точки, на обратной – мнимые точки. Соответственно: длина (отрезка) прямой, расположенной на лицевой стороне плоскости, выражается вещественной величиной, длина прямой, переброшенной на обратную сторону плоскости, выражается мнимой величиной. Подобно тому, как в рамках евклидовой геометрии Пифагор открыл существование несоизмеримых геометрических отрезков и иррациональных чисел, так Лобачевский показал, что геометрическая картина мира является неполной, несовершенной, если при её описании не используются мнимые и комплексные числа.

Есть одно загадочное высказывание Лобачевского, которое часто цитируют, но вкладывают в него вовсе не тот смысл, который придавал ему сам автор. Лобачевский писал: «В природе мы познаём собственно только движение, без которого чувственные впечатления невозможны. Итак, все прочие понятия, например, Геометрические, произведены нашим умом искусственно, будучи взяты в свойствах движения; а потому пространство, само собой, отдельно, для нас не существует»[1]. Сказанное означает, что пространство (как и время) не является чем-то внешним для нас, неким безразличным для нас фоном, на котором разыгрывается бытие человека: его рождение, жизнь, смерть. Мы находимся в пространстве и пространство находится в нас. Поэтому мы из глубины самих себя (de profundis) способны проникнуть в подлинную структуру пространства (и времени), в которой приоткрывается его внутренняя сторона (изнанка). А суть этой изнанки становится понятной, как только мы учтём, во-первых, что пространство есть форма движения, и, во-вторых, что движение подразделяется на два вида: на движение с досветовой скоростью и движение со сверхсветовой скоростью. В таком случае мы при ходим к выводу, что внутренняя сторона пространства соотносится со сверхсветовым движением.

Казалось бы, нет способа заглянуть в эту таинственную внутреннюю область пространства. Здесь не срабатывает формально-аналитический метод описания перехода от досветовой области действительности к сверхсветовой, поскольку между ними имеется разрыв, отсутствует связность. Но эти ограничения снимаются в квантовой физике. Язык квантовой физики позволяет описывать подобного рода скачки, более того, квантовая механика устанавливает критерий существования того, что провозглашается как скрытое от нас существование. Если, к примеру, кто-то провозглашает, следуя Восточному мировоззрению, существование астральных тел, то он должен показать, что эти тела время от времени обретают вещественную пространственную форму, выходят из скрытого состояния, поддаются эмпирическому наблюдению в соответствии с законами квантовой теории физики. Всё остальное выходит за рамки научной картины мира.

В этом отношении геометрическая истина о внутренней стороне пространства удовлетворяет квантовому критерию достоверности. О её существовании мы можем судить по проявлениям спонтанного выворачивания пространства, т.е. всего того, что называют аномальными явлениями, фигурирующими чаще всего под названием НЛО. Их анализ обретает научный статус, когда учитываются следующие два факта: 1) трансформация пространства есть трансформация движения; 2) движение не может быть оторвано от того, что движется, в движении находятся материальные объекты. Согласившись с данными суждениями, мы должны ответить на вопрос: откуда берутся такие объекты в пустом пространстве? Ответ на него находим опять же в квантовой физике: их источником служит физический вакуум, порождающий в качестве интересующих нас объектов виртуальные частицы и их макроскопические сгустки. Их поведение в пространстве подчиняется квантовым законам движения. (Имеется в виду сочетание движения скрытого, сверхсветового и открытого, досветового).

Похоже, однако, что объекты типа НЛО в некотором отношении существенно отличаются от обычных физических тел. Их специфичное поведение наводит на мысль о том, что им свойственен психофизический дуализм наподобие корпускулярно-волнового дуализма «волна – частица» в квантовой механике. Степень правдоподобия этого гипотетического представления весьма велика, о чём свидетельствуют результаты изысканий ряда зарубежных учёных. Стоит обратить внимание хотя бы на книгу Жака Валле «Невидимый колледж»[2]. Характеризуя сложившуюся в этой области научных исследований ситуацию, Жак Валле пишет: «Среди тех из моих учёных коллег, кто интересуется НЛО, имеется два основных подхода, которые можно назвать «технологическим» и «психологическим». Некоторые физики и инженеры рассматривают сообщения об НЛО с точки зрения «гаек и болтов»; с другой стороны, те же самые сообщения об НЛО интерпретируются психологами как архетипы или как восполнение психологической нужды перципиента. Современная наука развивалась, исходя из предпосылки, что эти две области физического и психического надо всегда тщательно разделять. С моей точки зрения это различение хотя и является удобным, но оно произвольно. Проблема НЛО есть прямой вызов этой произвольной дихотомии между физической и духовной реальностью»[3]. В других местах книги автор подводит читателя к выводу о том, что предметная область НЛО-феноменов используется как инструмент управления человеческим сознанием[4].

Со своей стороны отмечу, что, во всяком случае, насколько нам известно, объекты типа НЛО обладают способностью воздействовать на психику сталкивающихся с ними людей. Не исключено, что некоторые американские астронавты, побывавшие на Луне, были психически травмированы, встретившись с такими непредвиденными, необъяснимыми для них, явлениями. Как неоднократно подчёркивал в своих исследованиях испанский философ Ортега-и-Гассет, в окружающей нас действительности мы, как правило, видим лишь то, что предвидим. И если случается что-то совсем непредвиденное, люди отказываются в него верить или приходят в психическое замешательство. Поэтому при планировании дальнейших мероприятий по освоению космического пространства следует считаться с теми атрибутами пространства и времени, которые открываются посредством не-евклидовой геометрии Лобачевского.

Ракетно-космическая идеология в целом не исчерпывается, конечно, геометрической стороной постановки вопроса. Изучение ракетной техники позволяет усмотреть глубокую аналогию между реактивным характером движения ракетного снаряда и реактивным строем человеческой речи. Когда человек произносит слово, оно оказывает обратное воздействие на его душевное и/или умственное состояние. Только здесь реакция на речевое действие является не физической (физический толчок пренебрежимо мал), а смысловой, т.е. зависит от смысла слова. В таких случаях успех или неудача в наших творческих поисках во многом определяется тем, как «слово наше отзовётся», что оно из глубины душевно-духовной (de profundis) возвестит. Тут мы имеем дело с той особенностью работы человеческой мысли, которую было бы целесообразно назвать ракетным стилем мышления.

Ракетный стиль мышления (смысловая реакция на произносимые слова) есть результат исторического развития сакрального опыта, опыта молитвенного обращения к Богу посредством поворота внимания к своей душе. Я не сомневаюсь, что таким духовным опытом обладало большинство наших выдающихся учёных, конструкторов ракетной техники и космонавтов. Я могу с большой долей уверенности сказать, что наша армейская система ракетно-залпового огня БМ−13 потому и получила ласковое имя Катюша, что в неё, уже при её конструировании, был заложен вот этот самый едва уловимый сакральный смысл. Моё общение с бойцами 2-го Белорусского фронта в годы Великой Отечественной войны всецело подтверждает такой вывод.

Две юбилейные даты сошлись вместе в текущем 2011 году: пятидесятилетие космического подвига Юрия Алексеевича Гагарина и 175-летие научно-духовного подвига Николая Ивановича Лобачевского. Они знаменуют собой величайшие достижения русской цивилизации. В своё время Д.И. Менделеев произнёс знаменитую фразу: «Геометрические знания составили основу всей точной науки, а самобытность геометрии Лобачевского − зарю самостоятельного развития науки в России». Самостоятельное развитие науки в России привело к замечательному результату: русский советский человек первым преодолел путы земного притяжения и шагнул в открытый космос.



[1] Лобачевский Н.И. Полн. собр. соч. в пяти томах. М.− Л., 1946−1951. Т.2, с.158−159.

[2] Valley, Jacque. The invisible college. What a group of scientists has discovered about influences on human race. New York, 1975.

[3] Valley Jacque, p.2.

[4] Ibid, p.1−2, 29−30.


Количество показов: 3553
Автор:  Л.Г. Антипенко

Возврат к списку


Материалы по теме:


Наши публикации
В данном разделе представлены статьи, относящиеся к деятельности Научно-культурного центра Русской цивилизации.